История России

в датах



Битва за Ситку 1802-1804 гг.
1802 год: Последствия

  Лето 1802 г. стоило жизни более чем двумстам русским, кадьякцам, чугачам и алеутам. Это был тяжелейший удар для Русской Америки, где в те годы вообще насчитывалось лишь около 350-450 человек русских. Кроме того, РАК на несколько лет не только потеряла контроль над богатейшими промысловыми угодьями, но попросту лишилась доступа к ним, как лишилась и важного опорного пункта. Продвижение русской колонизации в Америке резко затормозилось, а русский престиж в глазах аборигенов был сильно подорван.

Александр Андреевич Баранов  Александр Андреевич Баранов. Худ. М.Т. Тиханов, 1818 г.

  Сам А.А. Баранов с сокрушением отмечал в феврале 1803 г.: «Многие храбрейшие, деятельные и отважнейшие из собратий наших погибли от варваров на Америке в... Архангельской крепости и около лежащих местах, с немалым числом тут же пострадавших союзных и приверженных Компании островных и прочих обитателей... пропало наличного бобрового роду с 2 700 мест [2 700 шкур калана] и сверх того еще заплатили за доставление вырученных из плена оставшихся от губительства наших собратий и прочих обоего пола людей 10 000 рублей англичанам».

  Помимо этого, Александр Андреевич видел и более далеко идущие последствия случившегося, что и страшило его больше всего: «Потеря под Ситкою заведения суть самая важнейшая часть... поелику в нынешние времена оттоль только и приобретаемы были самые интересные выгоды в промыслах... Но более всего то, что... от сего несчастного с нами под Ситкою приключения... может быть и вовсе отечество лишится тех полезных мест, кои великими прибытками и выгодами не токмо Компании, но и государству нашему обнадеживают». Баранов опасался, что образовавшийся в стране тлинкитов после изгнания русских вакуум быстро и ловко заполнят американские торговцы, которые, «узнав о нашей неудаче и несчастии», поспешат занять место РАК - «вселятся там по подобию нашему, но с сильнейшими напряжениями». Страх перед этим и заставлял Баранова спешить с принятием ответных мер.

  В отношении же того, чем были события лета 1802 г. для самих тлинкитов, можно почти безоговорочно согласиться с мнением А.В. Гринева, отмечавшего, что тогда «почти все... куаны объединились для изгнания общего врага. Восстание 1802 г. сплотило индейцев на территории примерно 12 тысяч кв. км с населением не менее 10 тысяч человек. Это было, пожалуй, крупнейшее выступление аборигенов за всю историю Русской Америки».

  Потери индейцев в боях были крайне невелики. Предания сообщают о гибели всего двух человек при штурме Михайловской крепости и пяти в перестрелке с Кочесовым, а рапорт Кускова говорит о десяти убитых в схватке на Алсеке. Цифры эти, разумеется, неточны и, вероятно, занижены сказителями, однако несомненно, что тлинкиты добились побед недорогой ценой. Причиной тому является избранная ими тактика внезапных нападений. Когда застать противника врасплох не удавалось, потери индейцев сразу возрастали, как то показывают стычки с Кусковым и Кочесовым.

Памятный крест на месте Михайловской крепости  Памятный крест на месте Михайловской крепости. Фото автора, 2010 г.

  Несомненно, война с русскими не была делом только одного клана киксади, как представляется ряду исследователей. Против такого предположения свидетельствует и размах столкновений, охвативших огромную территорию от Якутата до Кэйка, и пестрый состав участников антирусской коалиции. Трудно выделить среди них какие-либо отдельные кланы (можно с уверенностью назвать киксади, кагвантан, акойских тлукнахади и текуеди), но зато можно перечислить те куаны, представители которых принимали участие в военных действиях - именно через их территории пролегал в 1804 г. путь военной экспедиции А.А. Баранова. Среди них - Якутат, Акой (Драй-бей), Хуна, Таку, Хуцнуву, Ситка, Кэйк-Кую, возможно, Хенъя и Стикин, а также союзные силы кайгани и даже цимшиан. Два последних племени имели с тлинкитами достаточно тесные родственные связи, а цимшиан даже рассматривали тлинкитов как своих «младших сестер».

  Весьма вероятно участие в нападении на Михайловскую крепость воинов Чилката. Чилкатцы, как то видно из переписки А.А. Баранова, изначально занимали враждебную позицию в отношении русских; именно их насмешки побудили Стунуку к активным действиям, и неслучайно позднее именно в Чилкате оказался ряд пленных кадьякских партовщиков.

  Вряд ли стоит характеризовать эти события как восстание. Подобный термин предполагает факт подчинения тлинкитов русской власти, против которой они и восстали. Однако ничего подобного не было даже на Ситке, где русское присутствие было наиболее ощутимо. Более уместным в данной ситуации было бы применение такого понятия, как «индейская война», обычно употребляемого когда речь идет о конфликтах между аборигенами и колонизаторами на территории США и Канады. В данном конфликте, как и в большинстве из них, отсутствуют господствующая и подчиненная стороны, последняя из которых могла бы организовать восстание. Обе враждующие стороны равны по своему статусу, признаваемому ими обеими. Тлинкиты выступили против русских не как против поработителей, стремящихся подчинить их своей власти, а скорее как против враждебного племени, вторгшегося в их охотничьи угодья. Сплотив на короткий срок несколько куанов, тлинкиты сумели нанести пришельцам жестокий удар.

автор статьи А.В. Зорин
книга серии «Ратное дело» (2016)



назад      в оглавление      вперед




Битва за Ситку 1802-1804 гг.